Близкородственными языками для русского языка являются

Русский язык и его ближайшие родственники

«Язык — это история народа. Язык — это путь цивилизации и культуры.»
А. И. Куприн

Доводилось ли вам беседовать с поляком или, скажем, с сербом? Конечно, у них многие звуки — иные, поэтому имитировать их человеку, с рождения говорящему по-русски, может быть, сложнее, чем, например, французский прононс. И хотя вряд ли мы отличим чешский от словацкого или словенский от македонского, не зная ни одного из этих языков, но вот родство нашего языка с ними определим без особого труда. Услышим и знакомые (ну или хотя бы отдаленно что-то нам напоминающие) слова. А вот о чем говорят, поймем вряд ли. Зато достаточно точно понять, о чем говорит белорус, русскому не так уж сложно. Все дело — в степени родства.

Языки — двоюродные братья

Именно так можно сказать о славянской группе языков. «Естественный ареал» для них — Центральная и Восточная Европа, а также Северная Азия. Современное количество говорящих на славянских языках на сегодня оценивается более чем в четыреста миллионов человек.

О подгруппах, на которые делятся славянские языки, проще всего говорить, если вспомнить любую из известных вам сказок о трех братьях, разделивших хозяйство и разошедшихся в разные стороны, но — вот уж не сказочный, а жизненный поворот! — поселившихся по соседству и обзаведшихся собственными семьями. Дети первого из братьев — польский, кашубский, серболужицкий, чешский, словацкий языки. Это западнославянская подгруппа. Дети второго — словенский, хорватский, боснийский, черногорский, сербский, а также болгарский и македонский. Причем, продолжая мыслить метафорически, можно сказать, что они через некоторое время расселились по двум домам, — болгарский и македонский отошли от братьев. Но все-таки и они относятся к южнорусской подгруппе. И потому сильно отличаются от них. Дети третьего — русский, украинский и белорусский языки. Иными словами — восточнославянские.

Конечно, эта метафора не отражает реальные процессы формирования языков под влиянием целого комплекса факторов, их взаимодействие, зато наглядно представляет их родство.

Братья-славяне

Это устойчивое выражение мы относим, как правило, именно к русским, украинцам и белорусам. Эти народы действительно братья. И их языки — самые ближайшие родственники.

Общий предок восточнославянских языков, на которых говорят русские, украинцы и белорусы, — древнерусский язык (его же иногда называют древневосточнославянским и общевосточнославянским), исторические границы существования которого — с VII—VIII веков по XIV-XV века. Изначально, конечно, он не был един, что и неудивительно: для того чтобы сформировался литературный язык — общепринятый, общепонятный в деталях, с общепризнанными нормами произношения, построения фраз и т. д., — должно было пройти значительное время. А еще, безусловно, — появиться и развиться письменность. Пока же человеку с севера Руси было нелегко (хотя и вполне возможно) понять диалект человека, живущего там, где позднее встанет белокаменная Москва. Как малые ручейки и речки, впадая в более полноводные, пополняют великую реку, так создавался русский язык — из наречий, из диалектов, больших и малых. Не случайно «речь» и «река» издавна сближались в русской поэтической речи (самый известный пример встречаем в пушкинской «Сказке о царе Салтане» — Царевна Лебедь «сладку речь-то говорит, будто реченька журчит»), а вот как давно возник метафорический перенос «река течет / речь течет», вряд ли можно определить с точностью.

Русь. Даже ученым, помимо фактографии, детализации исторических событий, нужен символ, некое условное начало. В данном случае такая точка отсчета — это конец первого тысячелетия нашей эры, когда, предположительно, появились и слова «рось/русь», обозначающие этническую общность (некоторые историки говорят об общности социальной) и самоназвание «русьский» для людей этой общности.

История народа и история языка совершенно очевидно связаны друг с другом. Объединение восточных славян под властью Киевской Руси, рост могущества этого государственного образования, возникновение политических и экономических связей приводили к сближению, взаимопроникновению диалектов (для обозначения этого процесса в науке используется термин «конвергенция» — от латинского convergo — «сближаю»). К тому же появляется письменность, и пусть о значительном распространении грамотности вне крупных городов говорить пока не приходится, но именно этот момент — решающий для формирования литературного языка.

Можно провести простой эксперимент. Попробуйте рассказать о каком-то событии устно, а затем о нем же — письменно. В каком случае вы старательнее «отбираете языковой материал»? Разумеется, во втором.

Ну а главное, письменность позволяла передавать не только информацию (от человека к человеку и от поколения к поколению), но и сам строй речи, и запасы лексики — бесценные языковые богатства.

Вспомним, что письменность на Русь пришла вместе с православием, из Византии. Крещение Руси произошло в 988 году. Начало русской письменности относят к XI веку (по крайней мере, это подтверждают древнейшие ее памятники).

Когда же язык становится литературным? Когда обладает следующими признаками:

Древнерусский язык обладал всеми этими признаками. Равно как и русский язык на протяжении всей истории его развития.

От древнерусского — к русскому

Современному русскоговорящему человеку понять сейчас своего предка, адекватно интерпретировать его речь ничуть не проще, нежели речь тех, кто ныне говорит на родственных языках. Отдельные слова будут понятны, построение фразы узнаваемо. но даже произношение удивит! Ну хотя бы звук [‘е] там, где мы без малейшего сомнения, уверенно произнесли бы [‘о], а написали бы «ё».

Помните, один из героев классики советского кинематографа, фильма «Иван Васильевич меняет профессию», человек XX века, с пафосом произносит: «Житие мое!» А Иван Грозный, который, как мы помним, жил в XVI веке, гневно вопрошает: «Какое житие твое, пёс смердящий?»

Очень показательный ответ! И не только потому, что передан характер самодержца, но и с лингвистической точки зрения. Так называемый переход е в о ([‘э] в [‘о]) перед твёрдым согласным завершился в XV веке, неизменным осталось только звучание слов, связанных с духовной стороной бытия, в том числе — из церковного лексикона. Отсюда — возвышенное «житие», но разговорное — «пёс». «Мое» могло звучать и так и этак, в зависимости от контекста. А вот слова «бытие», «житие» обзавелись так называемыми младшими родственниками (в обыденной речи рядом с ними появились «бытьё», «житьё»), которые относятся к повседневности, к миру материальному, а не духовному. К сожалению, до сих пор нередко можно услышать ошибочное произношение и увидеть ошибочное написание слова «бытие» — его путают с «младшим родственником».

В древнерусском языке было семь падежей (седьмой — звательный, ныне сохранившийся у русских в церковном обиходе, а также известный по литературным произведениям, в которых мы встречаем обращения «отче», «батько», «старче»), три числа: единственное, множественное и двойственное, сложная система спряжения глаголов. Можно вообразить, как нелегко приходилось тогда тем, кто учился грамоте, и как трудно приходится современным студентам-филологам, изучающим дисциплину под названием «Историческая грамматика»! Но без этого, как будет видно далее, сложно ответить на целый ряд вопросов, касающихся грамматики русского языка, ведь многое из ныне необъяснимого становится очевидным, если заглянуть в прошлое.

Читайте также:  Алфавит английского языка для детей 1 класса произношение

К моменту начала феодальной раздробленности на Руси (XII век) древнерусский язык пусть и не представлял собой монолит, но, вне всякого сомнения, являлся литературным языком. Однако это не препятствовало существованию ряда диалектов. Современные ученые выделяют диалектные зоны: северо-западную (новгородские и псковские говоры), северо-восточную (ростово-суздальские говоры), западную (смоленские и полоцкие говоры), юго-западную (киевские и галицко-волынские говоры), юго-восточную (рязанские и курско-черниговские говоры). Существует и более простое деление, которым мы обязаны одному из авторитетнейших лингвистов, академику Российской академии наук А. А. Зализняку: в нем один диалектный тип объединяет земли Псковского, Новгородского княжеств и территорию современной северной Белоруссии, а другой — территорию нынешней Украины, средней полосы России и восточной ее части. Есть и другие классификации, основанные главным образом на фонетике, то есть произношении слов («аканье», «цоканье» и т. п.).

Последующие исторические события, самые заметные из которых — образование самостоятельных государств из осколков единой Киевской Руси и монголо-татарское иго, — привели к нарастанию различий между диалектами. К тому же, что немаловажно, многие русские земли оказались под властью сильных соседей — Великого княжества Литовского, Польши, Венгрии. Конечно, для превращения диалекта в язык должно смениться не одно поколение. Поэтому о «самостоятельных» русском, белорусском и украинском языках можно с полным основанием говорить только с XIV века.

Составные части

И снова сравним язык в его становлении с развитием человека. Как ребенок запоминает слова, учится их употреблять, а затем, на более высоком уровне речевого развития, отбирает из своего словарного запаса те, которые лучше донесут его мысль до собеседника или читателя, так и язык вбирает в себя слова родственных друг другу диалектов (в нашем случае — прежде всего новгородских, псковских, ростовских, суздальских, рязанских), а также заимствует у соседей.

Так называемые заимствованные слова приносили торговцы, зачастую — вместе с неведомыми дотоле русичам товарами. Даже враги оставляли после себя не только разоренные города и села, но и новые слова, в «иностранное происхождение» которых теперь верится с трудом. Так, в частности, слова «богатырь» и «казак», известные нам по былинам (например, о «старом казаке» богатыре Илье Муромце), — тюркского происхождения. Слово «боярин» для обозначения представителя высшей после князя родовой знати тоже было заимствовано. Ученые спорят, откуда оно пришло, из тюркского или из греческого. На тюркских языках говорили и хазары, и половцы, и часть войск, пришедших на Русь во время татаро-монгольского нашествия. Не случайно в русском языке огромное количество давно укоренившихся тюркских слов: алмаз, казна, таракан, баклажан, балаган, сундук, утюг, чугун и многие, многие другие. Термин «тюркизмы» тоже возник не случайно, ведь из-за долгого существования этих слов в языке уже невозможно точно сказать, когда и из какого именно языка они появились. Зато ученые достаточно легко находят их за счет сингармонизма, то есть повторения одних и тех же гласных.

Все вышесказанное касается как древнерусского языка, так и его «потомков» — русского, украинского и белорусского. Кроме того, во всех этих языках ученые усматривают более или менее значительное польское влияние.

Заимствования происходили и позднее — например, из немецкого, английского и ряда других языков в царствование Петра I; затем русская аристократия была пленена романтичным французским — до такой степени, что над этой страстью даже начали подшучивать писатели и поэты.

Появлялись и совсем новые, ни у кого дотоле не бытовавшие слова, — как правило, вместе с новыми реалиями либо тогда, когда в них возникала потребность у писателей.

Язык в чем-то упрощался, в чем-то усложнялся. Главное — он был и остался национальным, литературным языком. И, что немаловажно, изменения происходили не только стихийно, но и проводились целенаправленно, в том числе — в письменности.

Источник

Насколько на самом деле русский похож на другие славянские языки?

Legion Media; Russia Beyond

Откуда взялись славянские языки, и кто на них говорит?

Современные славянские языки имеют общего прародителя – праславянский язык, который существовал до VI-VII вв. н.э. Есть несколько гипотез о месте его возникновения, но все они сходятся в том, что это случилось на территории нынешней Восточной Европы.

В VII в. одновременно с разделением на соответствующие ветви славянских племен и праславянский разделился на три языковые группы с присущими им лексическими, морфологическими, фонетическими и грамматическими особенностями:

Каждая из групп в ходе своего исторического развития испытывала различные влияния неславянских соседей – немецкого, венгерского, турецкого, итальянского, литовского и других языков. Это отразилось на их лексике и грамматике. Тем не менее, славянские языки сохранили около 2 тысяч общих для них слов – наиболее древних и общеупотребительных, а также стилистически нейтральных.

На самом деле, славянских языков найдется еще больше, если посчитать все региональные диалекты и языки народов, не имеющих своих государственных образований (таких, как лужицкие сербы, русины, кашубы и др.).

Современное распространение славянских языков

Но чем похож и чем отличается русский от других славянских языков?

Русский, украинский и белорусский

Сам факт принадлежности к одной языковой (восточнославянской) группе говорит о том, что украинский и белорусский наиболее близки к русскому. До XIII-XIV вв. восточные славяне говорили на древнерусском наречии, из которого с течением времени развились три отдельных литературных языка.

Несмотря на культурную и историческую близость языков, между ними гораздо больше отличий, чем принято думать.

Например, если в русском и белорусском по 6 падежей, то в украинском их 7, вместе со Звательным, отвечающем за образование форм обращения. В русском, кстати, они встречаются лишь в литературе. (Как у Пушкина в «Золотой рыбке»: «Чего тебе надобно, старче?»)

Также в украинском есть форма давнопрошедшего времени («знав був»), аналогов которой нет в русском.

Все три языка используют кириллицу, хотя некоторые буквы украинской и белорусской версий отсутствуют в русской:

Тем не менее, прочесть написанное на этих языках, если вы знаете русский, не составит труда. Другое дело – понять прочитанное.

Установлено, что лексика русского и украинского идентична лишь на 60%, в то время как оставшиеся 40% слов в силу исторических обстоятельств имеют польское происхождение. Лексика белорусского языка совпадает с украинским и польским примерно на 70%.

Русский и западнославянская группа

К этой группе языков относятся польский, чешский и словацкий языки. В них много заимствований из немецкого, французского, итальянского и латыни. К тому же фонетически они сильнее всего отличаются от русского, так что шанс, что знание последнего поможет понять говорящих на этих языках на слух, не очень большой.

К тому же, в них есть особые звуки, не встречающиеся в других родственных языках, – в чешском это согласный, обозначаемый буквой ř [рж], в польском – носовые гласные, обозначаемые буквами ą и ę.

Читайте также:  Алфавит английского языка большие буквы и маленькие

И самое сложное. Если в русском всего 3 склонения, то в словацком их уже 12, а в чешском – целых 14! Добавим сюда еще и твердую и мягкую разновидности прилагательных, которые также имеют формы единственного и множественного числа и трех родов, – не забывайте, их тоже надо склонять!

Русский и южнославянская группа

Сербский и хорватский:

Во времена Югославии сербский и хорватский считались одним сербохорватским языком с минимальными региональными отличиями, при этом в Хорватии всегда использовалась только латиница, а в Сербии – и латиница, и кириллица.

Бóльшая часть букв сербской кириллицы совпадает с русской (за исключением Ё, Й, Щ, Ъ, Ы, Ь, Э, Ю и Я), но есть особенные буквы, которые придется выучить отдельно: Ј, Ћ, Ђ, Њ, Љ и Џ. В отличие от русской кириллицы, каждая буква обозначает только один звук!

Как и в русском, ударение в слове может падать на любую гласную. Но есть «приятный сюрприз»: в языке Кустурицы и Теслы имеется «всего-то» 4 типа ударения и долготы гласных (они могут появляться в зависимости от того, в каком падеже стоит слово), и от этого может даже зависеть значение слова. Освоить сербское музыкальное ударение практически непостижимая задача для иностранца!

И вдобавок симпатичная деталь – невероятная для русского – ударение в сербском и хорватском слове, наряду с гласными, может падать на Р, поэтому слова, состоящие из одних согласных, – совсем не редкость: vrt (сад), brk (ус), Grk (грек).

Болгарский и македонский:

В этих двух языках не сохранилась система падежных окончаний. Поэтому по-русски болгарин запросто может сказать: «Эта дыня из мой папа сад»! (Да, падежи русского языка даются непросто не только неславянам).

Еще одна очень странная и неповторимая особенность этих двух языков – определенный постпозитивный артикль. Он служит для конкретизации смысла сказанного. В русском, как известно, артиклей нет, а в других языках чаще всего они представляют собой отдельно стоящие слова. Тут же артикль присоединяется к окончанию слова. Например, вълк – вълкът, мама – мамата, дядо – дядото и т.д. А во множественном числе вообще: момиче – момичета – момичетата («девочка – девочки – (какие-то конкретные) девочки»). Артикли – штука тонкая, с ней в состоянии справиться только ас болгарской/македонской филологии, и русский здесь точно никак не поможет.

И на десерт осталась сложнейшая система глагольных форм. В южнославянской группе существует 9 времен! Да-да, вам не показалось.

Словенский:

Уникальной особенностью этого языка является наличие двойственного числа. То есть особых форм, использующихся, когда речь идет о двух предметах.

Например, в предложении «Яблоко красное / Яблоки красные»:

Jabolko je rdeče. (ед.ч.)
Jabolki sta rdeči. (двойств.ч.)
Jabolka so rdeča. (мн.ч.)

Но чтобы вы не думали, что русский совсем не похож на южнославянские языки, добавим ложку меда: у них огромный пласт общей лексики. Дело в том, что южнославянская и русская лексики испытывали сильное взаимное влияние. Старославянская лексика пришла на Русь с первыми книгами еще в X в., с Балкан, откуда распространялась письменность. С конца XVIII в. маятник качнулся в обратную сторону, и уже южнославянские языки испытали на себе мощную волну русского влияния. Поэтому, скорее всего, зная русский, вы в большой степени поймете сербский, македонский и – особенно – болгарский текст.

А вот что говорят билингвы и иностранцы, владеющие русским и другими славянскими языками

Деян, филолог, русист, носитель сербского и македонского:

Не думаю, что знание двух славянских языков мне хоть как-то помогло в изучении русского. Скорее усложнило задачу. Самые большие препятствия для меня – это порядок слов в предложении, управление и произношение некоторых звуков.

Но это всего лишь мой пример. Я знаю сербку, которая говорит на чистейшем русском. При этом она не в состоянии объяснить ни одного грамматического правила русского языка. И также знаю немало сербов, которые живут в России десятилетиями и говорят на «пиджин» русском.

Лексика, конечно, похожая, но есть и множество однокоренных слов, которые означают разные вещи и заставляют вас сказать совсем не то, что вам хотелось. Знакомая мне лекторша русского языка (наполовину македонка) могла, говоря по-русски, буквально перевести македонское выражение «лопнуть со смеху» (пукнав од смеа) словами «я пукнула со смеху».

Славянские языки, конечно, похожи. Но если ставить себе высокие цели, для славянина должно быть все равно: изучает он русский или папуасский. Задачи те же.

Светослава, филолог-сербокроатист, носитель русского и болгарского языков:

Канамэ, филолог-славист, преподаватель русского и сербского языков, носитель японского языка (владеет русским, сербским, болгарским, русинским, словацким и польским):

У меня нет сомнений, что знание русского языка помогает при изучении других славянских языков, но нельзя сказать, что оно всегда приводит к успешному их усвоению. На начальном этапе изучения [других славянских языков] русский язык помогает быстро сориентироваться в грамматической системе языка, и кажется, что все очень просто и понятно именно благодаря русскому. Но потом, на более позднем этапе, придётся о нем «забыть», так как он мешает проникнуть в особенности изучаемого языка и овладеть им более естественным образом. Лучше начать думать на том самом языке, избегая мысли: «Как это будет по-русски?» Я тоже не раз сталкивался с этой проблемой, когда учил, например, сербский, болгарский и русинский. Но мне, с одной стороны, приятно вспомнить, что во время своей первой поездки в Сербию я заметил, что говорю по-сербски «с русским акцентом», а, с другой, осознал тогда, что надо как-то избавиться от своих «плохих» привычек, чтобы заговорить по-сербски по-настоящему. После этого у меня в голове русский и сербский стали совсем разными языками, и я перестал путать слова или грамматики.

Источник

О РОДСТВЕ ЯЗЫКОВ

Общность происхождения индоевропейских языков, совпадения в лексике и грамматические соответствия могут навести читателя на мысль о том, что, зная русский язык, можно сравнительно легко изучить любой другой индоевропейский язык.


К сожалению, такого читателя ждёт разочарование. Родство индоевропейских языков было установлено благодаря сравнению наиболее архаичных особенностей каждого языка в отдельности. В течение столетий и даже тысячелетий эти языки претерпели существенные изменения. В результате в этих языках стало гораздо больше расхождений, чем общих черт, которые ученым удаётся выявить лишь с помощью сравнительно-исторического метода.

Уже давно было замечено, что степень различия между языками земного шара далеко не одинакова. Украинец без особого труда может понять русского, но он совсем не поймёт испанца или японца. Румын, хотя и с трудом, может объясниться с итальянцем, но, не изучив английского языка, он не поймёт англичанина.

В чем же здесь дело? Оказывается, языки, которыми пользуются люди, объединяются в группы, связанные между собой большей или меньшей степенью родства. Это родство объясняется общностью происхождения языков, входящих в одну и ту же группу.

Очень близки между собой языки русский, украинский и белорусский, образовавшиеся на основе древнерусского языка. Эти языки называются восточнославянскими. Изменения, происшедшие в них на протяжении нескольких столетий, привели к ряду серьёзных расхождений. Но эти расхождения не столь велики, чтобы лишить носителей русского, украинского и белорусского языков возможности понимать друг друга при взаимном общении.

Читайте также:  Диалекты это в русском языке определение

Значительно более серьёзные расхождения мы обнаружим, если сопоставим восточнославянские языки с западнославянскими (чешский, польский) и южнославянскими (болгарский, сербский). Но восточно-, западно- и южнославянские языки всё же имеют между собой много общего, так как все они входят в единую родственную группу славянских языков. Общность происхождения этих языков проявляется уже в многочисленных лексических (словарных) совпадениях, представление о которых даёт приведённая ниже таблица.

Разница между приведёнными словами в основном сводится к расхождениям в месте ударения и к сравнительно незначительным особенностям в произношении отдельных звуков. Количество подобных соответствий между славянскими языками можно было бы увеличить во много раз.

О близком родстве славянских языков говорят не только многочисленные лексические соответствия, но и общие черты грамматического строя этих языков. В склонении существительных и прилагательных, в спряжении глаголов славянские языки имеют немало точек соприкосновения, свидетельствующих об общности их происхождения.

Однако праславянский, или общеславянский, язык, к которому восходят все современные славянские языки, не сохранился. В нашем распоряжении нет никаких праславянских памятников письменности. Поэтому праславянский язык может быть частично восстановлен главным образом лишь на основании сравнения сохранившихся славянских языков.

В этом отношении иначе обстоит дело у другой группы родственных языков, в которую входят итальянский, испанский, португальский, французский, румынский и некоторые другие языки (романская группа). Общим источником, к которому восходят все романские языки, является латинский язык, многочисленные письменные памятники которого сохранились до нашего времени. Латинский язык — это язык древних римлян. Вместе с ростом могущества Рима — в результате захвата всё новых и новых земель — латинский язык между III в. до н.э. и II в. н.э. постепенно распространился сначала по всей Италии, а затем на территории современной Франции, Испании, Румынии. Именно здесь во второй половине I тысячелетия н.э. на базе латинского языка возникли новые романские языки. (…)

Близкие родственные связи обнаруживаются также между германскими языками (английский, немецкий, голландский, датский, шведский и др.) Как и в случае с языками славянскими, здесь мы также не располагаем памятниками письменности, относящимися к прагерманской эпохе. Однако близкое родство германских языков ясно выступает в приводимой таблице.

Родство каждой языковой группы, относящейся к индоевропейским языкам, как и в случае со славянскими и германскими языками, может быть подтверждено большим количеством лексических (а также и грамматических) соответствий.

О близких и дальних «родственниках».

Таблица лексических совпадений между древнеиндийским и литовским языками показывает, что между ними немало общего. Однако количество совпадений здесь будет не столь велико, как, например, между отдельными славянскими, романскими или германскими языками. Оказывается, родственные связи между разными языковыми группами (но внутри индоевропейской семьи) не являются столь же тесными, как у языков, относящихся к одной и той же группе.

Так, германские и славянские языки стоят дальше друг от друга в «семейной иерархии», чем, к примеру, английский и немецкий или русский и болгарский. Тем не менее определённые связи прослеживаются и при сравнении весьма дальних индоевропейских «родственников». В этом можно убедиться, обратившись к таблице (см. ниже). Количество приведённых здесь примеров можно было бы значительно расширить. Однако и рассмотренный нами материал даёт достаточно наглядное представление о соответствиях, которые подтверждают исконное родство перечисленных в таблице индоевропейских языков.

(Примеры из латинского, древнегреческого и древнеиндийского языков даны для слова «ночь» в родительном падеже единственного числа)

На первый взгляд может показаться, что, например, слово со значением «вдова», имеющее удивительно сходные формы в различных индоевропейских языках, убедительно свидетельствует о родстве этих языков:

въдова — древнерусский язык

vidhava [видхáва:] — древнеиндийский

vidua [вúдуа] — латинский

widuwo [вúдуво:] — готский и т.д.

Однако, несмотря на этот, казалось бы, бесспорный пример, у нас нет основания на 100% исключить (как и в других подобных случаях) возможность заимствования. Пусть очень древнего, но всё же — заимствования. А заимствуются слова, как известно, не только из одного родственного языка в другой. Возьмём, например, список, на первый взгляд, ничем не отличающийся от только что приведённого:

камыш — русский язык

kamyš— турецкий, татарский [камыш]

gamys— азербайджанский, туркменский [ гамыш].

Можно ли на основании этих примеров говорить о том, что русский или болгарский язык находится в родстве с турецким, туркменским, азербайджанским, татарским? Нет. Эти языки относятся к группе тюркских языков, в которую входят также башкирский, киргизский, узбекский и некоторые другие языки. Именно из тюркских языков слово камыш и было заимствовано в русский и в некоторые другие славянские языки. Вот почему приведённое нами сопоставление ровно ничего не говорит в пользу родства русского языка с языками тюркскими. Более того. Пример со словом камыш не может считаться также и аргументом в пользу родства русского и болгарского языков, хотя эти языки, действительно, родственные. Однако родство в данном случае доказывается с помощью иных аргументов.

Общность грамматического строя индоевропейских языков проявляется во многом. Возьмём несколько примеров из склонения. В современном русском языке звательный падеж (падеж, в котором стоит обращение) слился с именительным: «Молодой человек, скажите, пожалуйста. »; «Колобок-колобок, я тебя съем!» Иначе обстояло дело в древнерусском языке. Здесь многие существительные имели особую форму звательного падежа, отличную от именительного.

Некоторые из этих форм в качестве архаизмов сохранились и в современном русском языке: «Чего тебе надобно, старче?» — спрашивает золотая рыбка в известной сказке А.С. Пушкина. Боже (именительный падеж: Бог), отче (отец), друже (друг) — такие примеры сейчас в русском языке единичны и воспринимаются в большинстве случаев как устаревшие формы.

Таким же образом учёным удалось выявить много других общих черт древнего индоевропейского склонения и спряжения. Сравните хотя бы современные русские местоимения в дательном падеже тебе, себе с латинскими местоимениями tibi [тúби] «тебе», sibi [сúби] «себе».

Если взять, например, спряжение латинского глагола sidere [сú:дере] «садиться» в настоящем времени, то мы увидим не только совпадение в звучании корня слова с русским сидеть, но и очень близкие окончания:

Лицо Единственное число Множественное лицо

1-е sid-o [сú:до:] sid-imus [сú:димус]

2-е sid-is [сú:дис] sid-itis [сú:дитис]

3-е sid-it [сú:дит] sid-unt [сú:дунт]

Конечно, совпадения с русскими формами сиж-у, сид-ишь, сид-ит, сид-им, сид-ите, сид-ят будут здесь не совсем полными, но зато они распространяются на все лица единственного и множественного числа. Если же мы сопоставим между собой формы повелительного наклонения sidite! [сú:дите] и сидите!, то здесь почти всё различие будет заключаться только в месте ударения. Эти и многие другие совпадения сохранились, несмотря на тысячелетия раздельного существования латинского и славянских языков.

Примеров частичного или полного совпадения в грамматическом строе индоевропейских языков было обнаружено очень много, особенно — в системе склонения. Это послужило самым весомым аргументом в пользу исконного родства индоевропейских языков.

Источник

Интересные факты из жизни